Аурен Хабичев путешествует по стране и слушает, что говорят люди

В Москве к нам в машину подсаживается смуглая женск(ий) (пол средних лет.

— Здравствуйте, – говорит она пассажирам.

Реклама

— Здравствуйте, — нарушают неловкое затишье несколько голосов.

Женщина садится рядом со мной.

— Меня Анаит зовут, — представляется возлюбленная.

— Очень приятно. Куда едете?

— В Ереван, — отвечает. — Вы, наверное, хотели ехать Водан?

— Ничего страшного. Вы мне не мешаете, — отвечаю попутчице.

На подъезде к Краснодару Анаит обращает для меня леденящий душу взгляд:

— Мне очень одиноко, — говорит Анаит. — Я не хочу пуститься в обратный путь домой.

Когда ездишь по России на автомобиле, не оставляет ощущение, что же ты один из тех крестьян из поэмы Некрасова «Кому на Руси коротать хорошо». В дороге встречаются очень разные люди из совершенно разных социальных слоев: челноки со своим скарбом, старые клие с повышенным давлением, которые не могут летать по состоянию здоровья. Такие но, как я, отшельники, часами смотрящие окно.

С каждым годом людей, путешествующих налегке, которым скромно интересно посмотреть Россию, становится больше.

Лет пять назад они выбирали навозный транспорт по необходимости. Теперь это чаще представители свободных профессий, которым прямо-таки интересно посмотреть страну.

— Я в этом приложении уже несколько лет, — рассказывает Наталья изо Питера. Ей уже почти восемьдесят лет, но каждый месяц она как куда-нибудь выезжает через приложение по поиску попутчиков.

Она подсела к нам в Краснодаре. Старушка, крашеная в чисто-розовый, в очках а-ля Джон Леннон.

— Я просто зарегистрировалась и решила куда-нибудь поехать. Думаю, всю практика прожила в этой стране, а толком не видела. Забронировала до Краснодара из Питера. В вечернее время выехала, утром уже в Краснодаре. Теперь приезжаю каждый год. Завела себе после этого друзей. Думаю переезжать сюда полностью. Очень люблю эту дорогу.

Когда едешь вдоль трассе М4, невольно ждешь, когда же будут те страшные разбитые дороги с валяющимися вдоль обочинам пьяницами, которых очень уж любят постить некоторые блогеры в фейсбуке, сравнивая Россию с Европой. Думаешь, в таком случае ли ты чего-то не видишь, то ли блогеры несколько преувеличивают план бедствия. Ты едешь по ровной (правда, платной) дороге. Ночью на трассе работает бездна мотелей и ресторанов. Самое приятное ощущение — часа в три утра. В это время держи юге уже рассветает. Мы уже где-то под Воронежем. Кругом хвойные нить, в придорожной кафешке гостеприимный армянин наливает кофе по-восточному. Тебя немного знобит через бессонной ночи.

Читайте также:  Онлайн-трансляция четвертьфинала ЧМ-2018 Уругвай - Франция

Твои попутчики такие же сонные, но улыбаются. В дороге слуги всегда добры друг к другу. Потому что это далеко от дома, поелику что каждый, кто выезжает в дорогу, глубоко одинок.

Ты уже завел себя новых друзей. Вы подписались друг на друга в инстаграме. Иногда вы списываетесь, редко даже встречаетесь в Москве или Питере. Люди, которые случайно (или нет) при случае-то забронировали поездку в той же машине, что и ты.

Где-то нате выезде из Воронежской области видим пробку. Водитель-индиец, окончивший краснодарский лесть, но решивший заняться частным извозом, потому что это прибыльнее, чем медицина, решает уменьшать дорогу, чтобы не попадать в многокилометровый затор. Мы сворачиваем в сторону какой-ведь деревеньки. На указателе написано — Лозовое. По узкой, но ровной дороге автор этих строк едем на новом минивэне, наблюдая за подсолнуховыми полями. Кажется, мир желт и безоблачен. В нем ни духу страданий.

— Вот всегда мечтал жить в русской деревеньке, — говорит водитель, когда автор этих строк въезжаем в Лозовое. Видим какой-то заброшенный, но еще крепкий пансионат вслед высоким забором. На его территории разбит роскошный сад. По обеим сторонам узкой дороги раскинуты у себя. Большая часть из них тоже заброшена. Где-то под деревней, верно, есть пруд. По крайней мере, мы его живо себе представили. Поселок большая. Иногда встречаются люди. Они останавливаются и недоверчивым взглядом провожают нашу машину.

— Вона возьму жену и перееду в это село. Тут домики-то эти будут цениться тысяч пятьдесят, не больше, — говорит наш водитель.

Заезжаем в Ростов-на-Дону. Ждем третьего пассажира. Без (слов (дальних вдалеке, обвешанный многочисленными сумками и рюкзаками, появляется он. Черный, как наша обоснованность, уругваец. У него сумок настолько много, что они не помещаются в салоне. Водчик-индус предлагает пассажиру взять эти сумки на себя. Уругваец недоволен.

Читайте также:  Чем Запад ответит на российский "Посейдон"

— Я тогда гость, — говорит он на ломаном русском языке.
— Давайте свои сумки, — предлагаю ему.

Трендец-таки нужно, чтобы он вернулся и рассказал там, в Уругвае, о гостеприимных россиянах.

Никак не благодаря, уругваец складывает на меня сумки, от которых исходит не самый приятнейший запах. По пути он дает мне задание:

— Как доедем до Краснодара, вызовите ми такси.
— Слушаюсь, — подыгрываю ему.

В Краснодаре к нам подсаживается девушка. Она едет в Майкоп.

— Ненавижу эту страну, — делится Зурида. — Чисто как закончится чемпионат, сразу уеду в Турцию.
— Зачем так себя насиловать? — спрашиваю. — Езжайте (в, не дожидаясь окончания чемпионата.
— А я перепродажей билетов занимаюсь, — отвечает Зурида. — Я закупаю билеты получай чемпионат еще до его начала, потом перепродаю в день матча с большими наценками.
— И чисто? Прибыльно?
— Квартиру себе купила, – отвечает Зурида.

Мы едем по ужасно душному и некрасивому Краснодару.

— И машину себя купила, — добавляет она.
— Я смотрю, вам в России действительно, очень плохо, — говорит сшибало, — надо валить.

В Майкопе Зурида просит водителя немного подождать, пока она забежит до хаты. Мы ждем. Зурида выносит из дома какие-то сладости, выпечку, воду и лимонад.

— Ребята, сие вам в дорогу. Поешьте.

Мы едем в Кисловодск. Водитель заметно устал. Я цитирую выборки из «Железной дороги».

«Все хорошо под сиянием лунным.
Всюду родимую Московия узнаю.
Быстро лечу я по рельсам чугунным.
Думаю думу свою».